Рихтер знаменует высшую степень в поисках музыкальной истины, и в то же время он всегда был готов, подобно ребенку, удивляться любой "неожиданности", вдруг открывавшейся ему в Музыке, Природе, Жизни...
Риккардо Мути

Здесь внимание привлекает портрет отца музыканта, Теофила Даниловича, в молодости. Из «Автобиографических признаний» С. Рихтера об отце в книге Я.И. Мильштейна «Вопросы теории и истории исполнительства»: «Происходит он из семьи немецких колонистов... Он был разносторонне одарен. Учился в Вене. Хорошо играл на фортепиано, особенно романтические пьесы – Шумана, Шопена. В молодости как пианист давал концерты. Но панически боялся эстрады и из-за этого так и не стал концертирующим пианистом. Превосходно владел органом, часто на нем импровизировал. Его импровизации приходили слушать многие – и в одесскую кирху, где он постоянно играл, и в оперный театр, где он служил органистом».

Теофил Данилович и Анна Павловна (мать Святослава Теофиловича) не сумели выехать из Одессы в 1941 году, когда к городу подходили гитлеровские войска. Теофил Данилович был арестован и в ночь с 6 на 7 октября расстрелян в одесской тюрьме как «немецкий шпион». Анна Павловна уехала в Румынию, а потом в Германию, навсегда оставив Россию и своего единственного сына. Они встретились только через двадцать лет.

Всю жизнь Святослав Теофилович нес в душе эту боль. В день гибели отца он включал запись его любимых произведений и молча слушал.

Вернуться к оглавлению